Самое интересное от Яна Арта

Николай Солодовников: «Краудинвестирование – это легализация рынка частных займов»

A A= A+ 23.04.2023
В России развивается относительно новый сегмент финансового рынка – рынок инвестиционных платформ. Официально признанный и регулируемый «крауд» в России становится все более интересной альтернативой для вложения средств и стремительно набирает обороты. Кроме того, займы для бизнеса не только являются способом заработка для инвестора, но также могут стать хорошей поддержкой отечественному бизнесу. О преимуществах «крауда» как способа инвестирования состоялся разговор главного редактора Finversia с сооснователем краудлендинговой платформы «Инвестмен» Николаем Солодовниковым.

– Как вы пришли к краудлендингу?

– Когда я презентую продукт для неподготовленной аудитории, я всегда говорю, чтобы упростить: краудинвестирование – это легализация рынка частных займов. Раньше, если в бизнесе не хватало средств, мы шли к соседу, к другу и брали у него деньги в долг. Не было альтернативного предложения. Результатом стало то, что рынок беспорядочных частных инвестиций стал очень дорогостоящим для займов, а такие сделки из-за отсутствия регулирования небезопасны для обеих сторон.

В начале выступления я всегда спрашиваю: «Ребят, кто давал деньги взаймы товарищу на бизнес?». Стандартно 20-30% аудитории поднимает руку. После чего говорю: «Теперь отпустить те, кому вернули», – и почти у половины из них были проблемы с возвратом средств…

Уже пять лет инвестирую сам. Я как раз один из тех людей, которые стараются пробовать все механизмы, так как я занимаюсь активно еще консалтинговым бизнесом. За все это время я пришел к выводу, что мне интересно, инвестировать именно в бизнес как предпринимателю.

Это помогает узнавать новые тренды, следить за тем, что развивается на рынке. Я давал эти деньги как микровенчурные инвестиции. Потом это приводило к тому, что деньги не возвращались. Были судебные тяжбы, есть целый талмуд исполнительных листов у меня в портфолио – это история о том, как не надо делать.

Анализируя рынок, можно увидеть, что среди инструментов кредитования практически нет тех, которые идеологически подпитаны помощью, а направлены только лишь на то, чтобы заработать на бизнесе как можно больше денег. Та же история с вхождением в долю ООО. В России, на мой взгляд, абсолютно бедовая схема. Не стоит питать иллюзии о том, что вы потом получите с этой ООО что-то дивидендное, потому что подавляющее большинство балансов МСП – это нули. Мне всегда хотелось помогать бизнесу, ведь когда у них что-то получается, они благодарны: «Спасибо, что ты тогда помог, мы выстрелили!» – и это очень ценно.

– По вашему мнению, бизнес, который приходит, он действительно благодарен инвесторам за финансовую поддержку?

– Я понимаю, что для малого бизнеса в России может быть сложно получить финансирование, поэтому некоторые компании готовы брать займы под высокую процентную ставку. И да, эти деньги действительно нужны им на развитие компании или исполнение подрядных работ по госконтрактам.

– Как вы оцениваете закон об инвестиционных платформах (259-ФЗ)?

– На мой взгляд, одно из преимуществ закона в том, что он не зарегулировал эту сферу. Тем не менее, я понимаю, что мы сейчас на этапе проработки механизма законодательного контроля рынка. Мы сдаем достаточно большие такие кипы документов, но, наверное, все, кто открывает финтех, должны быть к этому в принципе готовы. Так или иначе мы работаем с инвесторами, с заемщиками, с деньгами.

Возможно, в будущем нас ждут надстройки и усложнения. Сейчас, например, мы уже должны согласовывать правила платформы с регулятором. Нельзя их публиковать без согласования. Также нужно согласовывать и унифицировать технологию скоринга.

Я думаю, что ЦБ все проанализирует, посчитает объем и сделает какие-то выводы, чтобы рынок был зарегулирован по 259-ФЗ. Государству интересно вывести серые займы в белую зону, это нормально. Соответственно, как только мы будем подходить к исчерпыванию объема рынка, тем больше регулятор будет применять новых норм, а вхождение в сферу будет становиться сложнее год к году. В то же время сама сфера для ее субъектов будет становиться законодательно более безопасной.

– По вашим наблюдениям, как сегодня в России развивается «крауд»?

– Два важных момента, о которых я хочу сказать: во-первых, на наших плечах лежит не только развитие нашей платформы, но и развитие краудлендинга в России в целом. В этом мы значительно отличаемся от Европы и других развитых рынков. Краудлендинг в России до сих пор часто рассматривается как пирамида, из-за особенностей развития экономики. Во-вторых, я верю в потенциал рынка «крауда» в России. Я согласен с основными игроками на рынке, что к 2030 году этот рынок может достичь объема в триллион рублей, если он будет продолжать развиваться.

– Как инвесторы платформы защищены от рисков?

– Наша система оценки рисков основана на простой 10-балльной шкале, где от 1 до 4 баллов относятся к высокорисковым проектам, но они также являются более доходными. От баллов 4 до 6 это среднерисковые проекты, как правило, основная масса средств находится в них. 7 баллов и выше, а выше 7.5-8 – это менее рисковые заёмщики, как правило, проекты с залогом. Я лично инвестирую только в проекты с низкими рисками, что может снизить мою доходность, но увеличивает безопасность моих инвестиций.

В среднем мы предлагаем доходность в 24%, что выше, чем на рынке. За полтора года работы на платформе нет ни единого дефолта или просрочки платежа, что на самом деле – большое достижение. Но, конечно, чтобы наверняка убедиться в том, что наша система скоринга заемщиков эффективна и действительно помогает снизить риски, должно пройти чуть больше времени.

Считаю, что у нас один из лучших подходов на рынке. Мы индивидуально работаем с каждым заемщиком, что позволяет не механически выполнять задачи, а настраиваться на реальный проект. Поэтому мы работаем эффективно по всей России, несмотря на то, что наш центральный офис находится в Ульяновске.

Сам по себе рынок очень интересный, а порог входа – от 5000 рублей. Не так уж и много, если в общем посмотреть на рынок инвестиций. Но в то же время: что такое 5000 рублей, даже если мы зарабатываем по 2% ежемесячно? Это 100 рублей. Для многих может быть не очень интересно. Уже с 50 000 рублей – доходность значительно интереснее. Посмотрите, посчитайте доходность на других рынках, чтобы оценить, насколько там вообще реально получать такой процент.

Но я не говорю, что все свои деньги нужно вкладывать только в краудлендинговые платформы – пробуйте другие инструменты, диверсифицируйте риски. Хотя даже на платформе можно свести к минимуму возможные потери: вложить в разных заемщиков с разным рейтингом.

Есть одно важное правило, о котором стоит сказать: инвестируйте столько, сколько вам было бы не жалко потерять. В действительности это правило очень помогает научиться управлять деньгами. Прежде, чем я это понял, я потерял очень много денег на рисковых проектах. Но как только я это понял, я начал управлять рисками и своими деньгами.

Я часто провожу прямые эфиры с заемщиками в телеграм-канале платформы, чтобы задавать им вопросы вживую. Такая открытость нравится инвесторам – проекты, лица авторов которых они могут увидеть, вызывают больше доверия.

Сайт «Инвестмен»: https://investmen.pro

Канал «Инвестмен»: https://t.me/+pRFiWEaj_Jg4MGNi


Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER
2593